Задвинская: «Буллинг всегда начинается от взрослых. Дети лишь поддерживают сильную сторону»

В феврале стало известно сразу о двух случаях гибели старшеклассников, предположительно покончивших с собой.

Накануне мама одного из погибших — десятиклассника из брестской школы — рассказала, что ее сын не выдержал травли.

О причинах буллинга в школе и возможных способах разрешения ситуации, Филин узнал у подросткового психолога Инны Задвинской.

— Меня очень сильно беспокоило то, что произошло две подряд трагедии. Подобное может быть началом «цепочки суицидов», так как у подростков есть такая штука, как подражание. Поэтому бывает, что подростковые суициды идут «сериями». Они решают: кто-то сделал, и я так сделаю, — объясняет Инна Задвинская. — Вообще подростковый возраст невероятно сложный.

Мы об этом забываем, как женщина забывает о том, как больно рожать, и идет снова. Мы забываем о том, как сложен этот момент социализации, когда ребенок больше не ребенок. Когда он идет во взрослую жизнь и очень боится, что этот мир его не примет. 

— Мама одного из погибших подтвердила, что причиной могла стать травля в школе.

— Самое главное, что мы должны понять про буллинг, это то, что он никогда не исходит от детей.

Буллинг всегда начинается от взрослых и никак иначе. А дети всего лишь поддерживают сильную сторону. Если начался буллинг, значит, ищите тех, кто его начал — это либо родители, либо педагоги, либо еще кто-то взрослый.

Он мог сказать что-то вроде «не дружи с ним, он не такой» или «у него мама — уборщица», или, например, учитель неудачно сравнил с другими детьми: смотри, какие все хорошие, а ты такой-сякой.

Повторю, детский коллектив без помощи взрослых никогда не будет никого буллить. У детей нет критериев буллинга. Они могут кого-то недолюбливать, могут ситуативно подраться.

Но уже через какое-то время они помирятся и дадут шанс. Детский коллектив — это попытка социализации, и социализироваться дети пробуют по-разному. Но они не будут планомерно кого-то преследовать.

Даже если ребенок задира, от него будут отстраняться, но не буллить. Целенаправленно травить они могут тогда, когда чувствуют поддержку от взрослого, что он с ними заодно.

— По словам мамы мальчика, они пытались говорить с классной, но та ответила, что все нормально.  

— Либо не хотела это выносить, либо не хотела замечать, думая, что ничего страшного. Не исключаю, что школа продолжит утверждать это же, потому что чувствует свою вину.

Понимаете, когда происходит буллинг, тех, кто буллит, видно хорошо. Ребенок же, в отношении которого ведется травля, становится замкнутым, незаметным, он старается отстраниться от коллектива, то есть для педагога он уже не виден.   

— А родителям как заметить, что происходит?

— Первый признак такой же — ребенок стал замкнутым. Если в семье доверительные отношения, на первый же вопрос, что случилось, он все расскажет.

Может, даже расскажет до того, как его спросят. Но, подчеркну, если в семье всегда были такие отношения и не было обесценивания детских проблем. Когда ребенок знает, что для родителей не существует незначительных проблем.

Когда на любую царапину, даже ерундовую, все равно обращают внимание. То есть если ребенок плачет ситуативно, ему говорят, я понимаю, что тебе больно и обидно, и ты плачешь по делу.

А когда он успокоится, тогда можно проанализировать, подумать, что можно было сделать, чтобы, допустим, не упасть и не было той царапины.  

Но сначала должно произойти принятие ситуации, а не обесценивание типа «да ладно, до свадьбы заживет». И вот если в семье это принятие было с детства, ребенок расскажет про любую боль, потому что уверен, что сначала его примут, а потом мы вместе проанализируем и сделаем выводы.

Если в семье не выстроены такие отношения, то обратите внимание на то, что ребенок стал замкнутым, стал избегать общения, отказывается идти в школу, перестал, например, посещать кружки в школе, в целом изменил свое поведение, придумывает, что у него болит живот или голова. И у него может на самом деле разболеться живот и подняться температура.

Наблюдая подобное, родители не должны успокаиваться, мол, не хочет ничего говорить и ладно, пусть сам решает. Ребенок молчит, но у него в голове происходит тяжелая работа, которая его истощает.

Не надо думать и то, что дети сами разберутся. Это большая ошибка. И не нужно разговаривать родителю с одноклассниками или другими детьми, потому что уже другой взрослый создал этот вектор.

И он должен его и разрушить. Инициатива должна исходить от взрослых, они должны остановить буллинг.

Разумеется, вряд ли человек сознается, что это моя вина, так как это слишком тяжелое обвинение.

Поэтому основной упор на родителей: они должны стать для ребенка другом, защитой. Должны все обсуждать, насторожиться, даже если жалобы звучат, как какая-то ерунда. Не надо говорить: обзывают и что с того, меня тоже в школе обзывали.

Можно сказать так: «Меня тоже в школе обзывали и мне тоже это было очень неприятно, но я постарался сделать вот это или постарался дружить только с теми, кто ко мне хорошо относился».

Я бы порекомендовала родителям идти в школу, к педагогам, и разбираться. При этом не принимать во внимание аргументы вроде «все дети жестокие».

Ну, а перевести в другую школу в таком случае было бы вообще идеально.

Разумеется, когда ребенок уже в открытую просит о помощи, что давай напишем заявление, надо в ту же минуту ехать, все выяснять и, возможно, обращаться в милицию.

Конечно, в Беларуси ситуация осложняется и другими обстоятельствами. Там на самом деле в милицию идти может быть не то, что бесполезно, а даже опасно, так как мы прекрасно понимаем, чем это может закончиться.

В любом случае родители не должны оставлять ребенка наедине с проблемой, не должны говорить, мол, ничего страшного, не обращай внимания. 

— А как быть учителю, который заметил буллинг и захочет помочь ребенку?

— Учитель должен сам перед классом изменить свое отношение к этому ребенку. Его можно выделять, говорить, какой молодец, вот посмотрите, как у него хорошо получилось, то есть цепляться за любую возможность, чтобы похвалить.

Взрослый должен принять сторону ребенка, которого буллят, чтобы дети увидели, что с ним есть реальная сила. Уговаривать их по-другому может оказаться бессмысленно.

Лучше всего демонстративно показать значимость этого ребенка. И это должен сделать не кто-то из его родителей, а другой взрослый. Если в этой роли выступит авторитетный педагог, будет результат.